Когда факс приходит не вовремя

факс

Как отличить кексов от перцов? Ну если гастрономически пошутить, то кексы лучше употреблять к чаю, а перцы фаршировать не изюмом, а… кому как больше нравится. Если не шутить, особенно, когда явно не получается, тогда все проще и понятнее: кексы - это рафинированные людишки, уже не тесто, посему с претензиями и формой, но еще и не бублики, и потому часто комплексуют по поводу того, что при них нет дырки, а перцы - это овощи считающие себя приправой, готовые выбить слезу или эмоции и часто попадающие под нож. Кто круче? Это как в детстве - на море сильнее кит, на суше - слон. В суши круче тот, кто в него не попал, то же и для бифштекса. Опять к гастрономии философию свел. Пообедать что ли?
Как раз между первым блюдом (но не просто супчиком, а солянкой), и вторым (я заказал шашлык, побольше лука и специй) меня нашли. Нашли люди, которые сначала послали факс, а потом не обнаружили отклика на свой призыв. Они, конечно, не удивились. Как не удивляется луна, когда во время своей полной фазы - с талией далекой от стандартов и в то же время такой, что дух захватывает у влюбленных и поэтов, - какой-нибудь лунатик не выходит на крышу. Не удивились, но приняли меры, чтобы выяснить. Почему так, а не как всегда? В итоге нашли, нашли человека, у которого можно узнать. Меня. Но нашли не просто так. Я сам позвонил и сообщил свои координаты. Почему сообщил? Это не интересно. Должен был обозначиться, не вечно же бегать от неизбежного. А именно вот в этот миг махнул флажками - не раньше и не позже! - потому что именно нужное время для махания и наступило. Факсовое. Все просто: я зашел в тот самый сервисный центр, куда отдал чиниться свой телефончик, там мне сказали, что "тесты неисправности не выявили", а я ответил, что "глюкануло, наверное". Со мной согласились, так как я оплатил счет и кинул чаевых за оперативность и улыбки. А как только у меня аппарат заработал, я тут же позвонил по тому номеру, который должен был набрать еще три дня тому назад.
- Приятного аппетита, - сказала из двух выросших около моего столика фигур, самая тощая (кило девяносто восемь, навскидку). Вторая фигура промолчала (за центнер молчания вышло - порция уважительная).
- Что же вы это от нас бегаете-то? - вежливо поинтересовался самый главный в троице (ибо ума у него была больше по удельному весу, чем у остальных двух вместе взятых).
- Я обедаю. Какой уж тут бег. - Дохлебываю изумительно острую и гармоничную как по составу, так и по насыщенности специй солянку.

Четвертая фигура маячила не периферии. Я рад за периферию, не одной в девкой ходить.
- Есть предложение прокатиться до нашего офиса. Там и пообедаете.
- Шашлык знатный, может, останетесь, откушаете.
- С удовольствием, но некогда, - да, эти парни ждать не любят, они всё время куда-то торопятся и никогда не опаздывают на свои похороны.
Фигуры приблизились. Я сожрал шашлык глазами, что не смог сожрать, то понадкусывал, остальное отдал мухам и прочим летающим дирижаблям.
- Поспешим, - я скоренько почапал к выходу, но фигуры не отставали, такие из цепких лап чужие ягодицы не выпустят.
Вместе мы втекли в черную машину. Чпок - двери всосали нас. Длинный салон, кожа, окружающий мир сквозь затемненные стекла мельтешением не надоедает. Понеслись по улицам (но без мигалок - наверное, скромные). Точка "А" отскочила, точка "Б" обозначилась. Двери, охрана, проверка, лифт, двери, проверка…
И вот захожу в кабинет Берга. Кабинет скромный. Не очень большой. Не поражает антиквариатом и прочей лабудой. Не видно Кремля из окон. Нет и портрета президента на стене (на лобном месте - за затылком хозяина апартаментов и на положенные вершки выше). Там нет и ничьего другого портрета или картины, или экибаны, или макраме. Сажусь за довольно обычное кожаное седалище (до кресла не дотягивает, но и не стул). Не закидываю ногу на ногу - так кровообращению полегче будет. И внимательно слушаю.
- Мелкий, чего это та задумал? - ну, предположим, Берг такое обращение ко мне мог себе позволить, но зачем же сразу дистанцию обозначать, это же не по канонам бизнеса, а похвалить сначала?
- Ни в одном глазу. Я же не выдумщик.
- Тебе сказки надо сочинять. Ведьму какую-то приплел, - нос в меру орлиный, очки в меру эстетичные, глаза (о них попозже), прическа близка к идеальности, пожалуй, только кадык слишком выпирает (я как лиса - виноград куснуть не могу, но хоть про незрелость шпильку ляпну).
- Я не сказочник, - скоро этому кабинету надоест меня переваривать, он поймет, что пища не та, и меня выплюнет.
- В твоей биографии до недавних времен так и было в нужной графе указано. А сейчас и не поймешь. Тебя что-то не устраивает? - костюм сидит отлично, ботинок берговских мне не видно, но могу домыслить - блестят и черные.
- Всё меня устраивает. И все меня устраивают. Я вообще по жизни оптимист, - напрягаю нужные мышцы, улыбаюсь.
- Так зачем бегаешь, прячешься?
- От безысходности. Ведьма не звонит. А без нее серьезное решение принять не могу. Она будущее видит, - крупицы сыплются на нужные жернова, трение возрастает, процессы разбития реальности запускаются, чтобы родить другую реальность, которая мне позже пригодиться. Чем больше раз я ведьму помяну - тем лучше мне будет потом (если вообще будет).
- Кто она вообще такая? Мы ее найти не смогли, - вот тут он признает бессилие даже своих архаровцев почти вездесущих (но ведь не боги).
- Ну так она же в будущем читает как в открытой книги. Трудно ее отыскать без ее желания. Правда, не всё ей доступно, а что доступно, то не всегда видно. Вероятно, накладка с видением моего конкретного будущего. Хотя о какой вероятности можно говорить, когда дело касается магии? - кидаю нелепый вопрос в никуда, Берг его пропускает мимо ушей с маленькими мочками. - Так могу и не жениться. Сам-то жену подобрать не в силах, всё сомневаюсь, вот на неё рассчитывал, но, видимо, не судьба.
- Станешь философом, - Берг откладывает папку, скорее всего, там моё дело.
- Может быть.
Берг закрывает глаза и откидывается на спинку кресла. Выдерживает паузу (или действительно о чем-то поразмыслил).
- Мелкий. Тебе дается шанс. Если у тебя есть повод отказаться, скажи сейчас. Мне бюрократия ни к чему. Подпишешь ты документы или нет - сие несущественно. Будущее будет сформировано сейчас. Ты согласен? - на меня направлена вертикальная ладонь, как будто нож режет хлебушек.
- Да, - вот так люди палачами собственной биографии и становится, но мурашки по спине не побежали, выдрессировал табуны сук.
- Если у тебя за пазухой вдруг окажется какой-то план, помимо генерального… - он вовремя остановился.
- Никаких собственных разработок, - честными глазами смотрю в холодные глаза делового человека. Оптика и искусственные стекляшки более человечны. Но это, конечно, лирика, нагнетания психологических страшилок. Глаза у Берга вполне человеческие. Живые, пока.
Далее мне объяснили генеральный план. И я стал-таки посвященным. Нимб только протирать нечем. Однако, как витиеваты пути бизнеса. Вот зачем серьезным людям связываться с мелким злодеем в крупном деле? А оказывается нужен. Даже, я бы сказал, нужОн. Просто я знаком с Бергом (когда-то вместе расписывали пульки, но потом он поднялся на верх, а я по прежнему посещаю одну квартирку-карточный-притон по пятницам). И имею налаженный контакт с Генералом (вместе парились в бане и ездили на охоту, которая сводилась по большей части к той же бане). Знаком с депутатом Противовсеховым, так как его сын гонялся со мной по ночным улицам и я много раз привозил пьяного не в меру сынишку домой (сам был пьян в меру). И еще я спал с дочерью одного Олигарха, которая - слухи, наверное, слухи - чуть сменила ориентацию и на некоторое время вылечилась от наркоты (навсегда немногие вылечиваются). Я, можно сказать, почти стал зятем олигарха, но выбрал свободу. Всех этих людей должен был объединить план-схемка, простенькая как два пальца в розетку засунуть. Одну подводную лодку с ракетами, у которых вышел срок годности (как, впрочем, и у лодки) перегоняем на один остров, разделенный государствами, находящимися в не очень теплых отношениях. Ракеты все равно никогда не взлетят, но этого и не требуется. Одной половине островитян нужны дополнительные понты. У меня ракета есть, а у тебя нет, гы, гы, гы. Подлодка - у Генерала. Олигарх нужен, чтобы не было проблем с ФСБ, потому что всегда можно сказать: "Родину разворовывают?!" И потребовать доли. А доля не должна быть большой. А у Олигарха в конторе мохнатая лапа. Депутат нужен, чтобы в схемку не вцепились депутаты более жадные и не стали втыкать свои запросы, растиражированные прикормленными СМИшками, в колеса чистой коммерции (ну какая тут политика, подумаешь лодку старую подарили аборигенам, ну и что, а что ракеты забыли снять, так у них срок годности кончился еще при царе Горохе). Берг нужен, чтобы… наверное, чтобы всё работало. Потому что вариант - Берг не нужен… это вы сами пред его очами и выложите. А я просто думаю. Так зачем нужен мелкий злодей? А для связи. Такие люди будут совместно работать - что энциклопедия не горюй! У всех амбиции. Кто к кому первым позвонит, а? Вы думаете это мелочь, когда речь идет о Таких суммах? Вовсе нет. Кто под кем прогнется, это для России важно. Поэтому ни Генерал к депутату первым не позвонит, ни Берг Олигарху, ни в другой последовательности. То, что звонить могут и секретари, и секретари секретарей - сущности невозможности явления не меняет. Нужен рубаха парень, который всем в масть и одновременно мелочь пузатая, чтобы как бильярдный шар туда-сюда гонять. И тут умные аналитики выдали мою фамилию. Совпало так.
Нет, им не нужен был зиц-председатель. План таков, что никакого форс-мажора не предвиделся (что равносильно - и не будет). Я не сяду и меня не устранят (нейтральная формулировка, не правда ли?) И я получу крохи с барского стола, который для меня совсем не крохи. Кстати, я упоминал, что подлодка будет одна, и что ракеты будут безъядерные? Ага… Ну тогда вы знаете всё (только бояться не надо - плохо для пищеварения).

Не успела доярка сойти с трибуны, как на нее залез председатель. Вот. А я, как только покинул небоскрёбыш "Икс-кома" сразу был подхвачен под загорелые рученьки бравыми ребятушками. И вновь меня везут. Везут теперь с мигалками: не потому что важные, а потому что так положено уставом. Привезли к Генералу. Привезли люди военные, потому сделали это быстро и четко. А дальше за крепким чаем мы долго сидели молча. Не потому что нечего было сказать, а потому что чай был хорош. Прогрелись (летом горячее пьют только знатоки энтого дела, неофитам пития гораздо легче охлажденную газировку хлебать). Начали беседу. Сроки, то, се. Легко разговаривать, когда есть рельсы, всё уже утверждено, всё согласовано. Остаются мелочи, решаемые мелочи.
- А не потонет? - интересуюсь. Все-таки лодка, которая должна отправиться в свой последний поход (только туда) - это не тоже самое, что аналогичная лодка отправляющаяся в плановый рейд по нейтральным водам близко к берегам вероятного противника. Там и экипажа будет в обрез, да и поснимают кой-чего.
- Без приказа не должна.
Никто не волнуется. Я не волнуюсь, потому что мне вообще волноваться не с чего (да и было бы с чего не мандражировал - прошел я этот уровень). Генерал тоже не дергается - ведь, потонет одна лодка, так можно послать другую. Благо, стратегические запасы есть. А дальше снова пили чай. Такие уж мы чайовники.
А про внешность генеральскую да про его бункер, да про охрану того бункера, да про секреты Отечества всея Руси - ни гу-гу. Ибо подписывал клятву лютую, слово джигитское давал и руку к голове прикладывал, так что все чакры закрыты и аура в режиме совершенной секретности бдит на боевом посту. Могу лишь сболтнуть чуток: над погонами генерала висел портрет Ганнибала. Как объяснил мне-не-разумному хазарину Генерал, портрет Ганнибала, а не кого-нибудь из более современных вояк, украшал его кабинет, потому что сей полководец славный воевал на просторах противника и побеждал то тех пор, пока его на родине не предали, не прислав подкрепленье, денег и фуража. Так и надо воевать! Еще чуть дезы приплету: Генерал вполне может быть маршалом или даже генералисамтыусом, я же не фактов придерживаюсь, а рельсов собственно творимой субъективной биографии, которые в данное время параллельными лентами стелились внутри туннеля. Черного туннеля из белого факса.

Одна весьма разумная девушка (она знала, что двигается привлекательно даже в легких взмахах рук при жестикулирование) и одна весьма симпатичная девушка (но менее деятельная) общались в маршрутке. Кто из них был красивее?.. а у вашего вкуса какие нынче фаворитки? Тема одежды барышень вырулила вдруг к гоблинам (у женщин так часто бывает: начали за косметику, кончили за маникюр). Оказалось, что одни гоблины из среды физиков-лириков и филологов-биологов поехали на толкинистскую игрушку, были они уже в возрасте и небритые до состояния бородатости. Деньги (игровые) они успешно собрали на скользкой дорожке и пошли в бар (игровой), предварительно зайдя в бордель (игровой) и сняв там проститутку (игровую). Тут я сделал для себя вывод, что в общем-то правильно сделал, когда не поддавался на призывы соплисистов или как это бодяга правильно называется по-яйцеголовому, которые убегают от реальности в разные там фантазийные миры. Ведь у меня было всё "это" в реальности (как показало будущее - было не всё, но это я исправил). Девчонку они выцепили в одном мини-бикини, почти не скрывающем уже вполне сформировавшиеся прелести. Но по возрасту лет тринадцать или шестнадцать - шумно бывает в маршрутках и не все нюансы чужой беседы ловишь, а переспрашивать не всегда наглости хватает, короче, ей было -нцать. Отрабатывала она секс тем, что делала массаж (что иногда бывает и приятней секса, у меня во всяком случае порой именно так и бывает, возможно, потому что массаж реже случается и соответственно затрагиваются струны арфы-наслаждений не обыденные, что всегда более остро воспринимается). И еще она танцевала на столе. А в баре гоблины взяли водки и стали ее глушить с закуской (тушенка). И пили не из всяких там кружек-леек, а из пупка этой самой игровой проститутки. Тут я понял, что и соплистия иногда весьма полезна, ведь в том детсаду, что посещал мелкий злодей в мелком возрасте, из пупка не пили. И вот они водку высасывают, тушенкой прямо с девичьего животика заедают, щекочут девчонку бородами. А потом еще и сгущенки добавили в действо, и сгущенку с тела слизывали. Возбудили и ее в общем и себя в частности. И точно бы произошло насилие (знала бы мама, где и как отдыхает ее доча-еще-подросток!), но уж больно много народу собралось вокруг. Да, иногда и гоблины бывают милосердны. Был бы я там... но, может, для кого-то и лучше, что меня там не было (а может и хуже). ведь сексу я посвятил много времени, посему довольно искусен в нем и со мной девчонкам девственность терять в кайф. Хотя и от этой привычки мне когда-нибудь надо будет отвыкнуть. Чтобы не иметь привязаностей. Как в свое время я бросил курить. Сейчас практически бросил пить (хочу пью - не хочу не пью, могу пить столько, сколько захочу и никто не сможет развести на лишнюю рюмку, а уж до блевания... тут и говорить не о чем) - мог бы бросить и насовсем, но пока социально более выгодно иногда употреблять. Да, пришвартоваться к брегу страны чувственных страстей и их потаканий легко, а вот якоря потом обрубать, чтобы башню вашего броненосца сорвало и из паровой и чадящей трубами черепахи вылупилась парусная бригантина, и понеслась бы она в далекое-далеко, не поддающиеся описанию румбами… трудно якорища обрубить, иные из них на таких цепочечках держатся, что не каждая пилочка для ногтей их звенья раскурочить способна.
А в маршутке я катался из конца в конец, чтобы сбить спесь с верных псов факса. Они следили за мной. Но трудно следить на тачке за быстрокопытной "Газелью". Водилы маршруток рвут когти, выбивая лишние рубли из трассы. Нарушают правила, подрезают. Рискуют жизнями своими и пассажиров. И за ними нелегко висеть хвостом. Да, легковушка, особенно, если это не наш народный уродец ВАЗа - телега с мотором - а иностранный средств передвижэн легко и догонит и обгонит газельку. А меня, надо сказать, пасли на хорошей тачке. Но как мучительно для нервной системе следовать за такси от остановки до остановки - ведь на каждой могу выскочить и скрыться в метро. Из конца в конец. Бдительность тупится и вот… вуаля. Меня потеряли. В пятнашки надо играть было в детстве и не ошибаться в настоящей жизни, ребятки. Теперь будете задницы вазелином смазывать и пистоны сфинктерами обжимать. Видимо я излишне хищно обнажил клыки, потому что от меня отсела благодушного вида старушенция, явно москвичка, да, мешает коренным жителям всякие тамбовские волки (но в данном случае помешал волк, вырвавшийся из казанского зоопарка).

Добрался. До офиса, наконец. Вот она, моя работа.
- Привет, Машутка, - целуемся, радуемся единению.
- Довольный Чеширский кот.
- Так есть от чего. Скоро мы будем богатыми.
- И знаменитыми?
- Нет, Анонимно богатыми. Я побольше, ты поменьше.
- Уж такая тяжелая наша женская доля.
- Брось, феминизм начался с жены Сартра, чего-то ей там не хватило, или муж довел. Не важно. Единичный случай раздули на целое явление. Еще пацановский заговор придумали, мало нам масонов было. Теперь уже нельзя просто сказать: заговор. Надо уточнять.
- Не иначе с заседания ложи, - и снова безлично она сформулировала замечание.
- Ага, пацановской. Давай про более реальный вещи поговорим, потому что феминизм себя исчерпал. Всё одно и ту же воду толкут. Про грудь поговорим. Вот у тебя грудь потрясающая. Ты это знаешь, и я, приобщился, так сказать, к знанию этому приятному. Но вот вопрос меня одолел. Это у тебя после родов такой симпатичный размерчик вызрел. Ничего слишком, но очень даже чего можно... или уже и до было? Я ведь тебя тогда не знал.
- И до и после было хорошо. Но левая подтянулась к правой, и как ни крути.
- Ой, дай покрутить.
- Обе слегка налились.
- Это очень здорово с их стороны. Но я бы хотел опуститься несколько ниже. А именно к пупку. Слушай, тут такой разговор услышал в автобусе. Оказывается из него можно водку пить. А я как бы получаюсь девственником. Ведь ни разу! понимаешь, Машутка, ни разу не пил из женской впадины, что пупком зовется!
- А водка будет холодной?
- А какую ты предпочитаешь?
- Ну уж не теплую.
- Тогда не будем медлить мы.
Когда Машутка лежала на столе и горланила песню "Ой мороз, мороз" (ну июнь, и что?), а я осушал очередную чарку холодной водки из знойного женского тела, при этом порой далеко удаляясь от области пупка - никаких возражений не встречал, лишь песня сбивалась по ритму, к нам пришли от депутата и выразили намерение устроить прямо сейчас мой визит к его депутатской особе. Ну не извращенцы ли?

Кулуары законы-даешь! (законодательной) власти были бы неполны без этого человечища. Встретились скромно в стандартном кабинете лидера фракции. Никаких золотых плевательниц или платиновых козявко-ковырятельниц. Всё чинно, даже благородно. Хотя какое благородство, все же от сахи, то есть из народа. Правда, некоторые, кто был никем, тот иммунитет вдруг заимел.
- Ты за кого голосовать будешь? - у депутатов после приветствия, а наше приветствие было чисто деловым, без лишних соплей: мы поздоровались за руку, потом за локоть, потом троекратно чмокнулись в щечки, потом похлопали друг другу спинки, потом умилились скупой слезой в исполнении виртуальной 3д-графики и только потом оторвались друг от друга (внутренне возликовав, что мы не в Китае и нам не надо три часа восходить по традициям императорской лестницы приветствий в 1000 и еще одну ступеньку). Так вот, после… чего после-то? Ах да. У них принято о погоде спросить. Это для нас погода - это гидромет, а гидромет - это погода. А для них, погода - это выборы.
- Как всегда за Клоуна.
- И чем это он тебя в свои сети заманил? - как недобрый и не-самаритянин поинтересовался Противовсехов.
- Он меня веселит, а остальные даже этого не делают.
- Честный, но глупый. Мог бы и польстить. Против всех, сказать, - сейчас, когда он не включил свою харизму кролики этому змеиному взгляду сопротивляться еще могут, а вот потом лучше или не смотреть, или через зеркало, как на Горгону, а иначе воспламенишься идеями еще мгновение назад тебе чуждыми.
- Не приучены, лагерей не нюхали.
- Ладно, ты не передергивай.
- Я всегда сдаю честно, потому что глупый.
Противовсехов каменной задницей сидел на протестном электорате и этим мешком пандорчиков пугал всех, кого мог. За что был уважаем и обелечен финансовыми потоками. Раз люди голосуют стабильно на него, значит его можно питать и проводить нужную линию... чуть не сказал партии. Просто нужную линию. А уж на счет компромиссов, закулисных интриг, лавирования между подводными рифами и их возведению по фарватеру повестки дня - с этим у Противовсехова был полный порядок. Так что он был свой среди тех, кто сам был своим где надо. Остальное лишь эгрегору Пиара известно.
- А вот если бы Клоуна не было. То голосовал бы против всех. То есть за вас.
- Молодец! Понимаешь кой-чего в жизни. Нельзя голосовать ни за кого. За кого-нибудь ты голосуешь даже не голосуя.
Депутат превратился в облако молекул. Молекулы прикинулись треугольничками, квадратиками и кружочками. Кружочков, кажется, было больше, но больше всего углов было разумеется у квадратиков. Дальше облако молекул снова стало похоже на человека.
- А мартовских ид не боитесь?
- А ты портрет видел? - он указал большим пальцем за свою спину.
И только тут я заметил то, что раньше не выбивалось из интерьера. На портрете был…
- А кто это?
- Это наш будущий президент.
- Похож на нынешнего.
- Так и должно быть. Нахлебались уже перемен. Стабильность, законность, правопорядок. Кто в сортире спрятался, тот сам виноват.
- Наверное.
- И это правильно. Всегда надо соглашаться и не соглашаться одновременно. Чтобы всегда быть правым и левым. Как будто смотришься в зеркало, в котором ты настоящий, а здесь - всего лишь отражение. С ведьмой познакомь.
Трехбуквенное бы слово сейчас произнести, кол, желательно осиновый в бок бы этому оборотню в штатском… не думать о политтехнологиях, программировании сознания и прочих ересях, лучше про: яйца, мляко, сало, водка, бабы…
- Восемь… - я продиктовал её номер.
- Да знаю я эти цифирьки. Всегда трубка отключена.
- Так надо.
- К колдуну ходил. Пол избирательного фонда на него грохнул. Нет, говорит, твоей ведьмы.
- Лох ваш колдун. Можете бабки отбить.
- Да он их уже на зелья спустил. Тем более, что нет у меня никакого фонда. За прошлую компанию еще должен.
Всегда, когда общаюсь с Противовсеховым, не могу отделаться от ощущения, что он врет себе, когда говорит правду собеседнику и говорит правду себе, когда врет собеседнику. Причем иногда он обращаясь к собеседнику, на самом деле обращается к себе и значит не врет себе, обманывая собеседника или наоборот. А еще некоторые утверждают, что подсознание не воспринимает частицу "не" и все глаголы с "не" читает без оного и действует, действует 24 часа в сутки плюс те секунды, что мы складываем в закрома февраля-29. И тут конспиралогия, понимаешь. Везде пиар, муар и будуар.

Везде где не, там нет его отныне.
Глаголишь ты, или молчишь,
всё за базар ты отвечаешь
и будущее генеришь.


Сидел в офисе и тупо серфился по сети. От сайта к сайту. По баннерам, ссылкам. Занимательный факт: всё, что в иннете запихано имеет радиус что-то около шестнадцати кликов. То есть от самой забубенной дыры в одном конце обитаемой сети до другого конца можно добраться в среднем шестнадцать раз приголубив мышку. Но я обычно, сколько ни запрягаю двухколесочного грызуна, всё никак за пределы ру окрестности точки (.) не выберусь. Видимо надо переходить на оптических зверей. Поддавшись на громкое слово "прокламация", наткнулся на любопытное:
Бедным надо дать деньги.
Богатым надо дать власть.
Властьимущим надо дать веру.
А у верующих надо всё отобрать
(чтобы было что раздать бедным).
Вот тебе и Ёкарный Молох в одежде национальной идеи для России без водки. Правда Россия без водки тут же будет кочевать по пространству и времени, пока не отыщет исчезнувшую водку. Так что алгоритм сделает недопустимую операцию и закольцуется. Как рулончик факса.
Одиночество - я отпустил Машутку, ей там чего-то надо было сделать с чебуранчиком - мое скрасила знакомая незнакомка. Прелестница былых времен для моего сознанья. Мажорка примерно такого же уровня, каким был Будда, пока не сел… под какое дерево он присел? Под яблоню - Ньютон, в ванну к лилиям - Архимед, а… А ко мне - дубу - присела Лика.
- Привет, - ее глубокий голос мог говорить любые слова, вам всё равно слышалось про секс.
- Привет, привет, - как у мумми-тролей дважды повторил я эхом.
- Не женился? Трахаешь секретаршу и иногда художницу. Две женщины для тебя, как скучно и мало. Лапа, ты стареешь. Хочешь умереть холостяком.
И гладит. Гладит. Так ласково и нежно, так проникновенно и одновременно обволакивающе.
- А ты, вроде бы, решила не умирать под передозом.
- Какой злой. Обидеть хочешь.
- Лишь проверить. У меня тут любая дурь под боком, - я в прошлом доставал для Лики самое разное, причем самого высокого качества. Потакал и прочим ее экспериментам. Мы перепробовали совместно многое из запредельного, что только могут делать один мужчина и одна женщина. Потом она попала в клинику, я за решетку. Меня выпустили, ее подлечили. Но не окончательно. Она в любой момент может сорваться. Я могу сесть. От наркоты и от сумы… осовремененная пословица.
Мы минут двадцать прощупывали друг друга малоинформативными вопросами "а как у тебя", "а правда ли", "чем раскрашиваешь свой досуг" и так далее. Потом сблизились и начали выяснять невыясненное. Так и бывает между людьми, которые не поставили точку в отношениях.
- А кого тебе надо, чтобы была само совершенство?
- Само совершенство - это я. Мне нужно дополнение, апгрейд.
Она прилегла на мои колени и я стал перебирать своими пальцами ее обжигающе яркие волосы.
- Слушай, нельзя быть такой блондинкой.
- Почему?
- Потому что ты можешь обмануть доверчивых, соблазнить слабых, увести свободных и убить односердечных.
- Это после больницы. Хотелось, чтобы на меня бросались. Даже в Турляндию рванула. Там мужики бесились просто. Если бы не охрана, сто раз бы изнасиловали.
- А я тут слышал, ты несколько охладела к нашему полу.
- Так вам и надо.
- Грустно, конечно.
- С Маринкой мне просто. Легко и просто. И я знаю, что меня не бросят. Мне с тобой так же было хорошо, но ты не надежный.
- Что есть, то есть.
- Меня еще папа просил, что-то спросить у тебя. Но я забыла.
- Скажи, что всё хорошо.
- Сволочь!
- Что есть, то есть.
Мы еще долго болтали ни о чем. А я так и не понял, если бы я перешел к делу, она бы мне дала? Но лень было проверять. Нет, скорее не хотелось входить в воду дважды. В другую воду, но дважды. А это все равно, что избегнув грабель поскользнуться на банановой кожуре.
Вовремя подвернулось приглашение попариться в баньке с операми. Даже не думал - взял веник, кинул его на заднее сиденье и попал пробираться через пробки до одной правильной бани. Опера были как действующие, так и бывшие. Ну а я… как познакомились - не важно. Важно, что мы парились вместе. И как воины из разных ратей на нейтральной территории типа Валгалла не рубят друг другу бошки, так в бане и не напрягались по поводу кто есть парень хороший, а кто плохой. Потому что плохих там не было, там при входе уже табличка висела: черт перечеркнутый чертой. Поэтому чертей в бане не было. Хотя не все так безмятежно. Если бы меня нашли с колотой раной (ранами) или пулевыми отверстиями, то сказали бы короткое: "А вовремя бы посадили, был бы жив". А потом бы выпили, чтоб земля пухом показалась. А про баню читайте у Шукшина в рассказе "Бесконвойный", а лучше сами того.

Есть люди, как будто созданные для того, чтобы смущать ваш ум. А не родились ли они специально, чтобы мелькать у вас перед глазами в незначительные моменты вашей жизни. Как массовка в кино. Вот из одного угла кадра выплывает второстепенный среди второстепенных персонаж, говорит пару ничего не значащих слов и скрывается в противоположном экране. Чтобы не появиться больше до надписи "конец" и лишь заполнить строчку титров. Впрочем, можно инвертировать. Я родился только для того, чтобы мелькнуть в его жизни в качестве зрителя в кино. Он живет, снимается, делает несколько дублей, потом разгримировывается и едет домой. Ты для него эпизод. Он может даже решить, что ты ненастоящий. Так, не более чем робот, созданный смущать его ум. Правда, если вот так думать, прыгать из шкуры в шкуру, смотреть на одно и то же действия разными глазами, то скоро можно будет лицезреть потолок в дурке, или пол, если ты спрятался от медбратьев под кроватью…
Для меня Промокашка всегда являлся эталоном подобных случайно-не-случайных героев второго плана в фильме "это моя жизнь". Первый раз, когда невзрачная фигура вплыла как серая подводная лодка в офис и мы с Машуткой застыли (не знали как реагировать на столь вопиющий факт нарушения своих территориальных вод), он вЫмучил и перемУчил улыбку и стал рассыпаться вербальным бисером разного калибра:
- А у нас телефоны отрубились все и я подумал дай-ка к соседям зайду. У нас же атээски разные, может, у вас работают. Здрасьте! - более жалкого и нереального способа проникнуть в наш с Машуткой интим придумать было невозможно.
И я даже подумал, что это засланный казачок. Но проверка - которую я предпринял незамедлительно - показала: не шпион. Зарабатывает гораздо больше, чем мелкий злодей. Посему ему не финансовые или какие другие секреты вынюхивать в нашей гавани. И даже его психоаналитик не смог объяснить чо ему тут надо. Все про какие-то фобии трындел, да на коленки Машутки заглядывался (я взял с собой на расследование боевую подругу, чтоб дух поднимала в унылых местах, типа кабинетов психобаламутов). И понял я, что с Промокашкой (погоняло прилипло к незваному гостю мгновенно и навсегда), всё не так просто, как кажется на фёст зритильнус дасбезконтактс. Уж слишком было много тараканов в голове у Промокашки. Но котелок у него по бизнесу варил и, если бы я был жаден до денег, просто бы копировал фортели с фишками (в данном случае не карты, а акции), которые с ними вытворяли ручки - чистые и без морщин - нашего нового знакомого (не друг, но и не недруг). И обогащался бы. Но это всё пришло позже. А тогда Промокашка нас рассмешил. Мы долго и нагло смеялись над ним, а он лишь смущенно и одновременно радостно улыбался (ну как же его приняли и не торпедировали).
А потом мы привыкли к визитам Промокашки. Он всегда говорил одно и тоже: "мол, телефоны, отключились (сломались), а атээски разные и, может, у вас…". Действительно куда-то звонил, там всегда было занято, и потом зависал у нас. А что, ноша необременительная, сам приходит, сам уходит. Говорящая мебель. Не более. Иногда развлекает, иногда мешает, но всегда можно выгнать. Он не обидится. А когда не выгоняет, то сидит до последней. И как настоящая промокашка впитывает нас. Как будто мы с Машуткой чернила.
В этот раз он притащил с собой два пакета. В одном что-то звенело. В другом - шуршало. После привычного монолога про телефоны и нашего "заходи", он позвонил. И стал распаковывать багаж. Оказывается в первом пакете были все необходимые ингредиенты для глинтвейна. Бутылки вина - две штуки, фрукты и специи - много штук разных, а также… ничего себе!
- А это чего? - спросил я, зачерпывая своей ладонью белые тонкие полоски, коими второй пакет был забит под завязку.
- Лапша. Я документы уничтожал разрезалкой, и решил сжечь. Будем греться глинвейном у камина.
- У нас нет камина.
- Сделаем из подноса.
Кипучая деятельность развелась в нашем офисе, однако. Машутка колдовала над приправами. Я стоял на страже кастрюли, которая грело брюхо на плитке (у нас как в бункере есть много чего помимо положенного пожарной охраной огнетушителя). Глинтвейна приготовление нельзя доверять никому, кроме лиц, умеющих готовить его лучше, чем ты сам. А Промокашка сооружал камин. Когда всё было готово. И положенные занюшки втянуты в легкие. Вы не знаете что такое занюшки? Обратитесь к тем, кто знает, как готовить глинтвейн, профинансируйте его приготовление и сами занюхайте (а иначе не поймете подкоркой). Мы сидели около камина и грели ноги, Машутка разоблачилась от туфель и соблазняла нас оголенными лодыжками (и выше, и выше…), а нам с Промокашкой пришлось сбросить с себя оковы не только ботинок, но и носков. Каждый из нас вытянулся лучиком, исходящим из камина (поднос и горящая на нем бумажная лапша) и изгибающиеся в сторону неба (чай мы не прямые световые лучи, а лучи человеческие теплопроводящие и могущие менять направления своего распространения). В руках у каждого испарялся глинтвейн в стеклянной оболочки из фужеров оранжевого стекла. Видели бы нас санитары из Кащенко - попытались бы неминуемо заарканить и отвезти в свои угодья. За что были бы неминуемо расстреляны и кремированы в камине. Или более гуманный вариант: Машутка их очаровывает, а мы с Промокашкой спаиваем.
Улыбаюсь. В желудке тепло от выпитого, пятки щекочат теплые струйки воздуха. Рука сама собой подкидывает в огонь полено, полешко, веточку, а точнее скрученный в трубочку факс.

Олигарх:
- Почему на дочери не женился?
Как-то этот прием по ошарашиванию собеседника называется. Сначала берешь скелет из прошлого и кидаешь в оппонента, пока тот очухивается и приходит в себя-адекватного, добиваешь его кувалдой, а потом задаешь главный вопрос, который тебя действительно интересует.
- Не смог бы составить ее счастья.
- Врешь.
- Вру. Она не смогла бы составить моего счастья.
- А кого тебя надо?
- Не знаю.
- Нерешительное поколение. Так и вымрем. Останутся одни китайцы.
- Или индусы, их тоже почти миллиард. А может, мы клонироваться будем и не вымрем, просто будем скучно жить.
- Еще и лесбиянки... и она туда же подалась. Всё из-за вас, мямли, мать-перемать (это я мат приглушил кляпом модератора).
- Да вы не переживайте. Я вон тоже лесбиянка, не смотря на наличие кругом потрясных мужиков, только на девчоночек и возбуждаюсь, - надо было как-то человека от глобальных геополитических тем отвести (даже если его задумчивость была не более чем игрой, я же доверчивый тип, глубоко не вижу).
- Что с подлодками?
- Готовы.
- А люди?
- Как пионеры. Всегда готовы.
- Уже не шутим.
- Какие уж тут шутки.
Мне дают отмашку означающую - аудиенция окончена. Смотрю на портрет над головой Олигарха, оттуда на меня смотрят глаза Олигарха. Скромнее надо быть - кидаю я в них взгляд, они как зеркало его отражают и возвращают моим глазам. Прохожу мимо роскоши, открываю внушительную и облагороженную резьбой дверь, и снова роскошь и куча дорогих ненужностей. Говорят, где-то здесь есть паровоз. Настоящий полноразмерный, а не копия в масштабе 1 к 43. Покидаю замок. Прилегающий парк со статуями и фонтанами проезжаю на чувствующим себя дешевкой "Мерседесе-500" (купе). Кованные ворота минули нас как облагороженные донья Сцилла и дуэнья Харибда. Четырехколесный шпиц отряхивается от облепившего его снобизма, фыркает, ловит шкурой дорожных блох, приходит в себя. Я усиливая звук, где неизвестный мне человечище нагнетает: Ом!
Педаль утоплена и ручная коробка начинает неслышно хрустеть суставами передач.
- Куда торопитесь? - меня тормознули рыцари ордена полосатых палочек.
- Тёща умерла. Спешу поделится соболезнованиями.
- А обручального кольца не носите.
- Июнь. Жара. Зато всегда ношу фотографию друга, - отдаю зеленую бумажку с ненашим и давно мертвым президентом. Почему людское тщеславие настолько бесконечно. На деньгах вполне достаточно нулей и прочих цифр, люди там - явление лишнее. Глубоко лишнее.
А в офисе меня встретили улыбка Машутки и звуки. Пыр-пыр-пыр - это из факса вылезал факс. Текст гласил, что меня приглашают на благотворительный спец-проект, где люди богатые светятся и кидают в амфоры с бедными представителями семейства Буратино кости с барского стола. Если я хочу кого-то испортить халявной манной с небес, я его порчу.
- Обойдутся, изверги.
- Потусовались бы… я бы…
- Им свои вырезки показала. Дались тебе эти веселые картинки.
- Это моё творчество, самореализация.
- Игра теней на твоих выпуклостях и впуклостях - это твоё творчество. Это твой гений, - я снес всё, что было легким с секретарского стола, лег на него, заглянул в пространство между грудями Машутки и ее же лона и стал рассматривать ее пупок.
- Пирсинг делать не собираешься?
- Да ну…
- И правильно. И так всё совершенно дальше некуда.
- Опять возлияния из данного сосуда? - и как она не произнесла глагол "пить" и логично необходимое после него местоимение, нет, не просто талант, а талантище скрывать красноречие заключенное в ней.
- Да ну… лучше поцелую.
Когда мы упали, факс снова стал пыр-пыр-пырничать. Но его никто не слушал.

Даша сама меня нашла. Позвонила и предложила прогуляться-развеяться. А на встрече после поцелуев и прочих ласкательных симпампушек вдруг выстрелила из главного калибра:
- У тебя критические дни кончились?
- Какие дни? - они так меня совсем с ума сведут, они добьются своего, если уже не… нет, слабы пока.
- Тебя как будто с Олимпа выкинули за то, что техосмотр не прошел, - и идет главное как шла, спокойная такая, как линкор в тихую погоду.
Кинжалом размахивает. Всех порежу, - кричит. И при этом глаза у нее такие добрые-добрые, как на детских книжках про Ленина.
(Как ловко можно из большого душегуба опытной рукой сделать мелкого старикана с добродушной физиономией. И скруглить его мрачные поступки цветами жизни. И он лежит мертвый и набальзамированный как живой, но это уже другая, мраморная книга).
- Встретишь Будду, убей Будду. А Акелло промахнулся. Бывает.
- Ты первый раз промахнулся. Ну и кто же Шерхан? Познакомь с этим всемогущим котиком. Мур-р, - она ткнулась мне в шею и приборы у меня в рубке стали врать.

Вытоптал я себе лужайку и могу теперь свободно по ней гулять. А вокруг стены высокие, бумажные, факсные. Свобода относительная. Как в камере одиночной, как в камере смертников с той лишь разницей, что меня, наверное, еще пока не приговорили. Но я сам себя приговорил. К будущему. Определенному. Не входящему в эту спокойную и тихую (а потому мертвую) декорацию.
Еще раз позвонил ведьме. И еще раз мне никто не ответил. Шалишь, парниша. В карты к соседу хочешь заглянуть? Играй своими. Плавали знаем. Как бы долго неопытный бильярдист ни гонял шар по зеленому сукну, но рано или поздно он его в лузу загонит. Вот и предварительные слушанья меня бип-персонами, а также мои слушанья бип-персон завершись консенсусом, плавно переходящим в катахезис или экстаз, что в принципе равносильно в своем неспособстве отразить ту степень взаимопонимания, которая возникла между действующими в одном генеральном направлении силами. Какое тут плечо к плечу, тут и с семейной связью дедка за бабку, через внучку, жучку, кошку и мышку к желанной репке не передать тесноту наших рядов. Никогда еще лань не стояла так близко к буйволу, а лебедь, рак и щука не варились бы в единой похлебке "завтрак финансиста", никогда еще свет не видывал. Впрочем, и не увидел. Операция до общественности не доводилась, а потому население и не знало о том, что из порта Тьмабезтараканная-11 под покровом сумерек, незаметная для любопытных объективов спутников вышла в свое последнее плавание … с таким-то номером. А может … не одна была, а с подругой. Девки часто ходят парой. Одна более красивая, другая завидует.
Когда я в очередную пятницу прибыл к подъезду, где располагалась обыкновенная квартира, используемая определенными лицами как преф-клуб, сбоку раздалось: "кыс-кыс-кыс", а мне послышалось: "факс-факс-факс". Верил бы в силу крестного знамения - тут же бы осенил себя. А так даже не задержался, когда черная кошка перебежала мне путь. Лишь глазом по ботинкам мазнул. Нормалек - шнурки завязаны.
Кстати, факс (точнее fax) - это одна из шести частей ночи (так делили древние грамматики), время, когда зажигались светильники. Именно сейчас в моей жизни самое время чего-нибудь зажечь, чтобы с помощью рожденного в тьме света осмотреться хорошенько. Но я пока ничего не зажег, выбрал другое решение - преф. Это просто задержка времени - все равно положенный светильник в положенные сумерки запалится.

=>>>Дальше

<<<на ё@Моё

Copyright © 2000-2004
Сергей Семёркин

Hosted by uCoz